zhsky

Двадцать лет назад примерно в это время я, эмигрировав по политическим мотивам из Новосибирска, поступал на филфак Томского университета. Я жил у родительских друзей, и все в этой в семье были физики: папа, мама, оба сына. В комнате, где я спал, на полках стояла профессиональная физическая литература. До этого я листал специальные книги либо музыковедческие - отца, либо медицинские - мамы и бабушки с дедушкой. Среди названий последних были впечатляющие, например, А.М. Уголев, "Мембранное пищеварение".

Книга, больше всего волновавшая меня в гостеприимной томской квартире, не была раскрыта. Её название говорило об ограниченности гуманитарного знания, может быть, о катастрофически неправильном выборе филологии. В сущности, это название было чистой поэзией, но при этом на вроде бы знакомом, но совершенно не понятном мне языке (как же, поэзия вся - езда в незнамое). Так мог бы называться фантастический или мистический роман. Я так никогда и не попросил ни кого из друзей-физиков, обладавших популяризаторским даром, рассказать мне, что же имел в виду Поль Дирак, написавший "Спиноры в Гилбертовом пространстве"